Некоторые проблемные вопросы привлечения к уголовной ответственности управляющих лиц акционерных обществ с государственным участием



А.Г. Воробьев, юрист, кандидат юридических наук

  

В статье рассматриваются особенности квалификации действий лиц, выполняющих управленческие, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в акционерных обществах, контрольный пакет акций которых напрямую или косвенно принадлежит Российской Федерации.

 

Актуальность вопроса

Каким бы совершенным ни был уголовный закон, складывающаяся практика его применения часто показывает необходимость системной работы над повышением его эффективности и устранения возникающих противоречий.

Представляется, что один из таких нуждающихся в урегулировании вопросов – неоднозначная квалификация противоправных деяний лиц, выполняющих управленческие функции в акционерных обществах.

Федеральным законом от 13июля 2015 г. № 265-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в п. 1 примечания 1 к ст. 285 УК РФ были внесены изменения, согласно которым должностными лицами стали признаваться лица, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации.

В связи с изложенным квалификация однотипных противоправных действий у одних и тех же работников акционерных обществ (далее – управляющие лица) стала зависеть от того, в каком именно акционерном обществе они выполняют управленческие, организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции – в акционерных обществах с государственным участием или в акционерных обществах без государственного участия.

Как и само расширение перечня должностных лиц, так и примененная законодателем формулировка достаточно быстро стали считаться неудачными и нуждающимися в корректировке[1].

Действительно, в качестве недостатка необходимо отметить, что в настоящее время термин «контрольный пакет акций» в ГК РФ и действующем законодательстве об акционерных обществах и рынке ценных бумаг не раскрывается.

Первоначально под контрольным пакетом акций понимался пакет акций в 50 % и одна голосующая акция[2]. Затем понятие «контрольный пакет акций» было дано в абз. 3 подп. 1.1 п. 1 Указа Президента Российской Федерации от 16 ноября 1992 г. № 1392 «О мерах по реализации промышленной политики при приватизации государственных предприятий», согласно которому контрольным пакетом стала считаться любая форма участия в капитале предприятия, которая обеспечивает безусловное право принятия или отклонения определенных решений на общем собрании участников (акционеров) и в органах управления, в том числе наличие права «золотой акции».

Однако в указанном абзаце определялось, что решения о наличии контрольного пакета акций принимаются Государственным комитетом Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур и его территориальными органами с учетом конкретных особенностей учредительных документов и структуры капитала предприятий.

Таким образом, наличие контрольного пакета акций у государства в акционерном обществе являлось фактом, устанавливаемым уполномоченным государственным органом в каждом конкретном случае, и не зависело исключительно от величины пакета.

Таким же неопределенным является обязательный признак «принадлежности» пакета акций Российской Федерации: владение акциями может быть прямое и косвенное.

Практика правоприменения

Проведенное изучение 170 приговоров по уголовным делам по базе судебных и нормативных актов Российской Федерации на сайте sudact.ru показало, что работники акционерных обществ, контрольный пакет акций которых находится в прямой собственности Российской Федерации, судами признаются должностными лицами и привлекаются к ответственности за совершение преступлений, предусмотренных статьями гл. 30 УК РФ.

Наиболее распространенными случаями таких дел могут служить уголовные дела в отношении работников ОАО «РЖД»[3] (единственным акционером которого является Российская Федерация)[4].

Противоречивые позиции занимают суды, когда к ответственности привлекаются работники акционерных обществ, в которых Российская Федерация владеет акциями косвенно, через другие акционерные общества. Такие уголовные дела рассматривались судами в отношении работников АО «Федеральная пассажирская компания» (99,9 % акций принадлежит ОАО «РЖД»)[5], ПАО «Сбербанк» (52,32 % принадлежит ЦБ России)[6], АО «Оборонэнерго» (контрольный пакет акций принадлежит АО «Гарнизон», 100 % акций АО «Гарнизон» принадлежит Российской Федерации)[7], банка ВТБ 24 (ПАО) (99,9269 % акций принадлежит банку ВТБ (ПАО), 60,93 % акций банка ВТБ (ПАО) принадлежит Российской Федерации)[8], АО «Центральное конструкторское бюро автоматики» (99,999996 % акций принадлежит АО «Корпорация "Тактическое ракетное вооружение"», 100 % акций АО «Корпорация "Тактическое ракетное вооружение"» принадлежит Российской Федерации)[9] и др.

Однако наиболее наглядно проиллюстрировать возникающие затруднения и предложить оптимальные пути их преодоления возможно на примере организаций электросетевого комплекса Российской Федерации – ПАО «Россети» и его дочерних зависимых обществ, так как улучшение состояния законности и правопорядка в сфере электроэнергетики – важная государственная задача[10].

Например, Боровский районный суд Калужской области в своем приговоре от 1 февраля 2016 г. признал начальника службы капитального строительства филиала ПАО «МРСК Центра и Приволжья» (50,4 % акций владеет ПАО «Россети») должностным лицом акционерного общества, контрольный пакет акций которого принадлежит Российской Федерации, осудив его по ч. 3 ст. 159 УК РФ за совершение мошенничества с использованием служебного положения[11].

Ленинский районный суд г. Грозного в своем приговоре от 31 мая 2017 г. признал работника АО «Чеченэнерго» «ФИО2» виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 291.1 УК РФ (доля ПАО «Россети» в уставном капитале составляет 72,66 %)[12].

Вместе с тем, существует и прямо противоположная судебная практика.

Приговором Людиновского районного суда Калужской области от 9 февраля 2016 г. «ФИО» осужден по ч. 2 ст. 293 УК РФ как должностное лицо ПАО «МРСК Центра и Приволжья» – акционерного общества, контрольный пакет акций которого принадлежит Российской Федерации.

Апелляционным постановлением Калужского областного суда от 26 апреля 2016 г. указанный приговор был отменен ввиду отсутствия данных о принадлежности Российской Федерации контрольного пакета акций акционерного общества, в котором «ФИО» в период совершения инкриминируемого ему деяния выполнял организационно-распорядительные функции[13].

Впоследствии при новом рассмотрении данного дела Людиновский районный суд Калужской области не посчитал, что подсудимый «ФИО» является должностным лицом, в связи с чем признал его виновным не в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, а в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ[14].

Аналогичное решение было принято Отрадненским районным судом Краснодарского края в 2018 г. В своем приговоре от 12 февраля 2018 г. Отрадненский районный суд при рассмотрении уголовного дела в отношении работника ПАО «Кубаньэнерго» «ФИО» не признал ПАО «Кубаньэнерго» акционерным обществом, контрольный пакет акций которого принадлежит Российской Федерации (92,78 % акций владеет ПАО «Россети»), переквалифицировав действия подсудимого с ч. 1 ст. 290 УК РФ на ч. 5 ст. 204 УК РФ[15].

Более обоснованными представляются последние судебные решения в связи со следующими обстоятельствами.

Во-первых, исходя из формального толкования формулировки п. 1 приложения 1 к ст. 285 УК РФ контрольный пакет акций должен принадлежать Российской Федерации.

При этом в пояснительной записке к законопроекту № 394011-6 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», внесшему изменения в п. 1 примечания 1 к ст. 285 УК РФ и в части расширения перечня должностных лиц на управляющих работников акционерных обществ, контрольный пакет акций в которых принадлежит государству, речь шла только об акционерных обществах с прямым владением акциями Российской Федерацией[16].

Помимо этого, включение лиц, выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в хозяйственных обществах, долями в уставном капитале которых прямо или косвенно (через одно или несколько юридических лиц) владеет Российская Федерация, в перечень должностных лиц, предусмотренный примечаниями к ст. 285 УК РФ, только предполагается в соответствии с подп. «а» п. 37 Национального плана противодействия коррупции на 2018 – 2020 годы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 29 июня 2018 г. № 378.

С такой точкой зрения законодателя нельзя не согласиться, так как достаточно сложно представить, что какое-либо акционерное общество в какой-либо форме может являться государством Российская Федерация.

Более того, все вышеперечисленные хозяйственные общества являются юридическими лицами, т. е. организациями, которые имеют обособленное имущество и отвечают им по своим обязательствам, могут от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде (п. 1 ст. 48 ГК РФ).

Коммерческие организации как юридические лица являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям (ст. 213 ГК РФ).

Согласно пп. 1 и 2 ст. 209 ГК РФ юридические лица обладают присущим всем собственникам набором правомочий и возможностью осуществления этих правомочий в рамках, установленных законом и иными правовыми актами, независимо от иных лиц.

Юридическое лицо может быть ограничено в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом (п. 2 ст. 49 ГК РФ).

С учетом того что каких-либо ограничений во владении акциями акционерных обществ в связи с рассматриваемым случаем в законе не установлено, получается, что у спорного пакета акций одновременно существуют два полноправных собственника – акционерное общество, напрямую владеющее акциями, и Российская Федерация, косвенно владеющая акциями этого акционерного общества.

Деяния управляющих лиц акционерных обществ могут быть квалифицированы по статьям либо гл. 23, либо гл. 30 УК РФ. Если деяние квалифицируется как преступление, предусмотренное статьями гл. 30, то это значит, что объект преступления – государственная власть и интересы государственной службы.

В таком случае интересы первого правомочного собственника – акционерного общества уголовный закон не защищает. Более того, по этой логике право на возмещение вреда, причиненного должностным преступлением, принадлежит Российской Федерации, владеющей косвенным пакетом акций, а не акционерное общество с прямым владением, так как противоправных посягательств на его интересы формально не было.

Таким образом, анализ первых судебных решений приводит к выводу о возникновении противоречий с фундаментальными положениями уголовного и гражданского права.

Интересно, что при рассмотрении дел в отношении работников ДЗО ПАО «Россети» гражданские иски не заявлялись и вопрос о том, кого же признавать потерпевшим, не разрешался.

Во-вторых, владение контрольным пакетом акций не только предоставляет право на управление акционерным обществом, но и налагает ряд обязанностей, в том числе и на уполномоченные государственные органы. Основные из таких обязанностей перечислены в Федеральном законе от 21 января 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества».

На основании п. 1 ст. 39 названного Закона права акционеров акционерных обществ, участников обществ с ограниченной ответственностью, акции, доли в уставных капиталах которых находятся в собственности Российской Федерации и не закреплены за федеральными государственными унитарными предприятиями, федеральными государственными учреждениями, от имени Российской Федерации осуществляют Правительство Российской Федерации и (или) уполномоченный федеральный орган исполнительной власти или в случаях, предусмотренных федеральным законом, государственная корпорация.

Названная статья также содержит положение о том, что представителями интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в органах управления и ревизионных комиссиях акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью могут быть лица, замещающие соответственно государственные и муниципальные должности, а также иные лица[17] (абз. 3 п. 1).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 декабря 2004 г. № 738 «Об управлении находящимися в федеральной собственности акциями акционерных обществ и использовании специального права на участие Российской Федерации в управлении акционерными обществами ("золотой акции")» определены порядки оформления волеизъявления акционера – Российской Федерации и порядок деятельности представителей интересов Российской Федерации в совете директоров соответствующих акционерных обществ.

В частности, в соответствии с п. 3 ст. 41 Федерального закона «О приватизации государственного и муниципального имущества» владельцем акций акционерного общества, принадлежащих на праве собственности Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию, в реестре акционеров акционерного общества указывается соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование в лице соответствующего уполномоченного органа.

Изданный в развитие данной нормы приказ ФСФР России от 7 июля 2009 г. № 09-25/пз-н «Об особенностях учета в реестре владельцев именных ценных бумаг акций акционерных обществ, принадлежащих на праве собственности Российской Федерации» уточнил, что основанием для открытия в реестре акционеров лицевого счета Российской Федерации уполномоченной организации является анкета зарегистрированного лица, указывающая в качестве владельца акций Российской Федерации уполномоченную организацию.

Учет акций должен вестись не только Регистратором (или акционерным обществом), но и уполномоченным государственным органом – акций как федерального имущества согласно Положению об учете федерального имущества, утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2007 г. № 447, в Реестре федерального имущества. В том числе в Реестре федерального имущества подлежит регистрации вид права на имущество – оперативного управления или хозяйственного ведения.

В-третьих, в Российской Федерации создана и функционирует достаточно сложная система учета и раскрытия информации об акционерах.

В соответствии с пп. 4, 4.1 и 14 ст. 30 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» и Положением о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг, утвержденным Банком России 30 декабря 2014 г. № 454-П, Общество в рамках информационного обеспечения рынка ценных бумаг обязано осуществлять раскрытие:

  • сведений об участниках (акционерах) эмитента, владеющих не менее чем 5 % его уставного капитала или не менее чем 5 % его обыкновенных акций, а также сведений о контролирующих таких участников (акционеров) лицах, а в случае отсутствия таких лиц – о таких участниках (акционерах), владеющих не менее чем 20 % уставного капитала или не менее чем 20 % их обыкновенных акций;
  • сведений о доле участия государства или муниципального образования в уставном капитале эмитента, наличии специального права («золотой акции»).

Например, раскрытие информации о структуре акционерного капитала осуществляется акционерными обществами в ежеквартальных отчетах эмитента, годовых отчетах, на официальных сайтах и т. д.

Помимо этого, согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2010 г. № 1214 каждое акционерное общество, акции которого находятся в федеральной собственности, осуществляет взаимодействие с Росимуществом посредством межведомственного портала по управлению государственной собственностью, периодически предоставляя через свой личный кабинет сведения о своих участниках (акционерах), владеющих не менее чем 2 % его уставного капитала или не менее чем 2 % его обыкновенных акций[18].

Непредставление или нарушение эмитентомпорядка и сроков представления информации, предусмотренной федеральными законами и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами, а равно представление информации не в полном объеме или недостоверной информации, вводящей в заблуждение информации, влечет за собой ответственность, предусмотренную ст. 15.19 КоАП РФ.

В частности, если злостное уклонение от раскрытия или представления информации, определенной законодательством Российской Федерации о ценных бумагах, причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству, то виновные лица подлежат привлечению уже к уголовной ответственности по ст. 185.1 УК РФ.

Соответственно раскрываемая акционерным обществом информация о структуре акционерного капитала должна соответствовать аналогичным данным ведущего реестр акционеров Регистратора, аналогичной информации, представляемой через межведомственный портал по управлению государственной собственностью, а также сведениям в Реестре федерального имущества.

Исходя из проанализированных положений законов наличие контрольного пакета акций у Российской Федерации должно подтверждаться рядом признаков, в том числе следующими:

  • в установленном порядке должен быть определен уполномоченный федеральный орган исполнительной власти (уполномоченная организация), осуществляющий от имени Российской Федерации владение акциями Общества;
  • этот уполномоченный орган (организация) должен указать в анкете зарегистрированного лица в качестве владельца акций Российскую Федерацию;
  • Регистратор на основании анкеты зарегистрированного лица должен внести в реестр акционеров Общества сведения о праве собственности Российской Федерации в лице соответствующего уполномоченного органа;
  • акции Общества должны быть учтены в Реестре федерального имущества в качестве федерального имущества за соответствующим уполномоченным органом с указанием вида права на имущество – оперативного управления или хозяйственного ведения;
  • в органы управления и ревизионную комиссию Общества должны быть назначены представители государства (лица, замещающие соответственно государственные и муниципальные должности, или профессиональные директора), обеспечивающие волеизъявления акционера – Российской Федерации в органах управления Общества;
  • Обществом как эмитентом в ежеквартальных отчетах должны раскрываться сведения о доле участия государства или муниципального образования в уставном капитале эмитента, наличии специального права («золотой акции»).

Соответственно не обладающие данными признаками акционерные общества с косвенным владением акциями в исследуемом уголовно-правовом смысле не могут быть отнесены к категории обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации.

Как показывает изучение Реестра федерального имущества на официальном сайте Росимущества, а также ежеквартальных отчетов эмитентов, каких-либо сведений о наличии в федеральной собственности контрольного пакета акций указанных выше акционерных обществ, входящих в группу «Россети», там не имеется.

Важно отметить еще один немаловажный аспект – отсутствие обоснованных и пригодных к применению в конкретных условиях методик определения косвенного участия государства в акционерных обществах.

Определение косвенных долей участия лиц в организации (косвенного владения) производится акционерным обществом расчетным путем только в соответствии со ст. 105.2 НК РФ исключительно для целей налогообложения[19], а также в порядке, установленном ст. 81 Федерального закона «Об акционерных обществах», при признании определенных категорий лиц в качестве заинтересованных (контролирующих).

Однако в последнем случае на основании абз. 7 п. 1 ст. 81 Федерального закона «Об акционерных обществах» Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование не признаются контролирующими лицами независимо от доли владения в уставном капитале юридического лица.

Заканчивая рассмотрение затронутых проблем нельзя не задать, казалось бы, риторический вопрос: а определяет ли само государство каким-либо образом правовой статус акционерных обществ, в которых косвенно владеет контрольным пакетом акций?

Как ни странно, но ответ будет положительный. В том же Постановлении Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2010 г. № 1214 вводится понятие «дочерние хозяйственные общества, в уставном капитале которых более 50 процентов долей принадлежит акционерным обществам с совокупной долей участия Российской Федерации в уставных капиталах более 50 процентов». Приведенный термин выглядит более точным и может быть использован законодателем для совершенствования существующих уголовно-правовых норм.

Выводы

Подводя краткие итоги, следует прийти к выводу, что действующая формулировка п. 1 примечания 1 к ст. 285 УК РФ относительно лиц, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющих организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, не в полной мере учитывает положения законодательства об акционерных обществах и рынке ценных бумаг и нуждается в уточнении в части определения точного размера доли владения и вида владения – прямого.

Ввиду того что для учета косвенного владения акциями Общества Российской Федерацией в указанном законодательстве не предусмотрено соответствующих правовых оснований и не имеется необходимых для этого валидных методик, то привлечение к уголовной ответственности по статьям гл. 30 УК РФ управляющих лиц акционерных обществ, в которых Российская Федерация не владеет контрольным пакетом напрямую, не представляется обоснованным.

 



[1] См., напр.: Красненкова Е.В., Наумов В.В., Станкевич А.М. Актуальные вопросы уголовно-правового противодействия злоупотреблению должностными полномочиями // Рос. юстиция. 2017. № 10. С. 28 – 31; Рарог А.И. Уголовно-правовые амбиции российского законодателя // Судья. 2016. № 4. С. 10 – 12; Есаков Г.А. Бенефициарные связи и уголовная ответственность // Уголов. право. 2016. № 4. С. 29 – 35; Егорова Н.А. Новеллы Уголовного кодекса о должностных преступлениях // Законность. 2016. № 2. С. 34 – 38.

[2] Положение об акционерных обществах, утвержденное постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 601. Утратило силу в связи с изданием Постановления Правительства Российской Федерации от 6 марта 1996 г. № 262.

[3] Приговор Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 13 сентября 2018 г. по уголовному делу № 1-166/2018.

[4] URL: http://ir.rzd.ru/static/public/ru?STRUCTURE_ID=34

[5] Приговор Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 сентября 2015 г. по уголовному делу № 1-770/15.

[6] Приговор Карабулакского районного суда Республики Ингушетия от 2 апреля 2018 г. по уголовному делу № 1-6/2018, оставленному без изменений апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Ингушетия от 21 сентября 2018 г. № 22-213/2018.

[7] Приговор Володарского районного суда Нижегородской области от 20 июля 2018 г. по уголовному делу № 1-49/2018.

[8] Приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 16 августа 2017 г. по уголовному делу № 1-307-2017.

[9] Приговор Куйбышевского районного суда города Омска от 14 июня 2018 г. по уголовному делу № 1-180/2018.

[10] См., напр.: Бут Н.Д., Акимов Л.Ю. Обеспечение законности в сфере электроэнергетики – условие национальной безопасности России // Вестн. Акад. Генер. прокуратуры Рос. Федерации. 2018. № 1 (63). С. 18 – 23.

[11] Приговор Боровского районного суда Калужской области от 1 февраля 2016 г. по уголовному делу № 21/2016.

[12] URL: https://sudact.ru/regular/doc/R42psHmdj4Q2/?regular-txt=%D0%90%D0%9E+%D0%A7%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%BD%D1%8D%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%BE&regular-case_doc=&regular-lawchunkinfo=&regular-doc_type=1008&regular-date_from=&regular-date_to=&regular-workflow_stage=&regular-area=&regular-court=&regular-judge=&_=1558944488679&snippet_pos=166#snippet

[13] Апелляционное постановление Калужского областного суда от 26 апреля 2016 г. по уголовному делу № УК-22-547/2016.

[14] Приговор Людиновского районного суда Калужской области от 2 сентября 2016 г. по уголовному делу № 1-2-15/2016.

[15] Приговор Отрадненского районного суда Краснодарского края от 12 февраля 2018 г. по уголовному делу № 1-16/2018.

[16] URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/394011-6

[17] Например, профессиональные директора. См. подробнее: URL: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/use/gos/

[18] См. раздел «Сведения об акционерном капитале» Инструкции Росимущества для организаций по заполнению личного кабинета акционерных обществ.

[19] О невозможности применения ст. 105.2 НК РФ для расчета долей косвенного участия в иных целях см., например, определение Верховного Суда Российской Федерации  от 19  июля 2016 г. № 310-ЭС16-5763 по делу № А35-11177/2014.